Барак – и никаких гвоздей?!

Дом-«барак» в Цимлянске с квартирами-«студиями» по ул. Горького, 113.

Материалы «Почем сиротская «доля»?» и «Кто сирот защитит?», опубликованные в «Нашем времени» в №№ 334-335 и № 392 от 17 ноября и 6 декабря, вызвали большой общественный резонанс.

Оставили читатели и отклики на нашем сайте. 

Лиза Ковальченко: «Когда называют суммы взяток, с которыми поймали Улюкаева или нашли у Захарова, перевожу их в количество операций, необходимых тяжелобольным детям. Или в дома, построенные для сирот. Становится грустно... Вы молодцы! Не боитесь и говорите об этом».


Гость: «Целый месяц – с середины ноября до середины декабря – районные чиновники дружно отчитывались о проделанной работе. Самого главу района сопровождали его заместители, и все так хорошо и гладко отчитывались о том, что сделали для нашего района, но ни слова о том, как проконтролировала местная власть расходование выделенных из федерального и областного бюджетов средств на строительство домов для детей-сирот».


Роман К. на сайте покритиковал в первую очередь журналиста – автора статьи. И, надо признать, вполне справедливо – за то, что «…давно в Цимлянский район не заглядывала, а власти – того только и надо!». Зато теперь Роман с нетерпением будет ждать «…очередного номера с продолжением этой и других злободневных тем!!!». Мы даем всем нашим читателям журналистское слово, что тему сиротских домов не оставим.

Ну а как же быть с теми очередниками, которым построили квартиры-студии в Цимлянске, на улице Горького, 113?

На днях мне позвонила бабушка Данилы Козлова – Алла Петровна Сорокина – и сообщила, что всех четверых очередников, отказавшихся вселяться в квартиры-студии, уведомили о том, что им надо подписать акт социального найма жилья и заселиться в эти самые студии. В те самые квартиры, которые ранее решением суда Цимлянского района признаны неблагоустроенными в соответствии с уровнем качества жилья в городе Цимлянске. Вопрос стоит так: «Отказываетесь от этого жилья – значит, не получите ничего!».

Когда получаешь долгожданную квартиру, то надеешься в ней прожить хоть какое-то время. И если придется продать жилье в ближайшей перспективе (социальное жилье только через пять лет переходит в собственность детей-сирот) и купить большее по площади, в другом районе, более комфортное, то должен быть уверен: квартиру удастся продать хотя бы по себестоимости. Но ведь за те деньги, которые из бюджета уплачены за сиротское жилье, его продать невозможно! Если вообще есть реальный шанс, что его кто-то купит. Так и хочется предложить чиновникам, ратующим за вселение очередников в квартиры-студии на Горького, 113: попробуйте продать то, что навязываете сиротам!

Жена одного из тех, кто согласился вселиться в этот дом, рассказала мне историю не про новоселье, а про новомученья.

– Муж долго стоял в очереди, ждали этого жилья как избавления: ведь несколько лет по съемным квартирам. Но недолго радовались. От окон дует, из-под пола дует: там из бетонной основы вываливаются целые куски. Из вентиляционного отверстия дует. По стенам пошли трещины. Канализация квартиру заливала, пока ее за свой счет не прочистили. Когда готовишь в единственной комнате-кухне, которую почему-то назвали студией, стоит пар, окно потеет, сырость долго не уходит, дышать тяжело. А у нас сынишка маленький, начал болеть постоянно. Решились и взяли в Волгодонске двухкомнатную квартиру в ипотеку. Отдаем за нее практически все что зарабатываем – 25 тысяч рублей в месяц, сами еле сводим концы с концами. И эта ноша – на тридцать лет! А в квартире-студии живет родственник мужа, чтобы платить коммуналку. Иначе – штрафы, можем лишиться жилья. Если этот барак еще пять лет простоит, рассчитываем продать, хоть за копейки, чтобы погасить кусочек ипотеки.

Вот в какую «яму» загнали детей-сирот горе-строители и горе-чиновники.

Мы верим, что свое слово по этому поводу скажут и правоохранители, и уполномоченный по правам человека, и депутаты донского парламента. Потому что – цитирую председателя Законодательного собрания РО Александра Ищенко – «делать это (обижать сирот. – Н.Н.) непозволительно никому, какую бы должность и пост этот человек ни занимал...».